Ситуация дефолта маловероятна. Но есть два плохих околодефолтных сигнала
> Публикации
Стратегия

Ситуация дефолта маловероятна. Но есть два плохих околодефолтных сигнала

Ситуация дефолта маловероятна. Но есть два плохих околодефолтных сигнала
На фоне проведения Россией военной спецоперации в Украине западные страны вводят ограничительные меры не только на госуровне. Иностранный бизнес массово отворачивается от нашей страны в самых разных отраслях.

Директор АРБ Про (стратегический консалтинг) Демид Голиков рассказал в беседе с NN.DK.RU о рисках дефолта и какие отрасли больше всего пострадают в 2022 г.

Бизнес только начал преодолевать последствия пандемии, и снова кризис?

Если без эмоций, то решением правительства Россия трансформируется в закрытую экономику. Это не кризис. Кризис — это когда экономика в росте, просто что-то временно пошло не так, и через сколько-то месяцев или лет рост вернется, просто какие-то бизнес-модели, отрасли станут другими. Так что сейчас — не кризис, а смена системы координат.

К чему все идет? Внутри России достаточно собственного базового сырья — продукты питания, энергоресурсы, материалы. А у государства достаточно политического ресурса, чтобы обеспечить соответствующую своим возможностям стоимость труда и жизни.

Всё сверх минималки, включая контент и технологический прогресс на основе глобальных компетенций и знаний, откладывается. Надолго? Да. Вопрос политический.
Зато государство открывает бизнесу две возможности: освобождает рынок от зарубежных конкурентов и зовет занять управлением национализированными компаниями. Если это не вступает в конфликт с вашей системой ценностей, то пользуйтесь. В своем же бизнесе четко определитесь, что критически важно для сохранения компании, активов, закупочных цепочек и клиентов здесь и сейчас.

Насколько болезненными окажутся санкции, и для каких отраслей особенно?

Мой рейтинг такой:
  1. Наукоемкие отрасли, развивающиеся на глобальных компетенциях — от космоса до авто и медицины. Даже в условиях изоляции, уверен, мы продолжим ездить на машинах. Но это будут разобранные и восстановленные силами внутреннего производства автомобили предыдущего поколения без интеллектуальных систем управления. Можно на этом ездить? Да, конечно.
  2. Отрасли, критически зависящие от зарубежных компонентов и оборудования. Во многих отраслях (производстве керамической плитки, определенных видов пластиков, кабельной продукции, сосисок и выпечки, медицине) с советских времен используется оборудование американское или европейское. Китайские аналоги здесь дадут результат заметно худшего качества или худшей маржинальности.
  3. Отрасли, где критически важны обмен знаниями, данными, компетенциями, включенность в глобальные информационные сети: высшее и техническое образование, наука, логистика, медийный контент, туризм.
рейтинг-Демида-второй-пункт.jpg

Этот список можно пополнять, конкретизировать, но даже если вдруг завтра наступит мир и признание статуса-кво, эти три группы отраслей вернутся в норму оптимистично нынешними дошколятами, когда те подрастут.

Как изменились проблемы, которые ждал бизнес в 2022 г.?

Два изменения. Первое, не забывайте про экономическую безопасность. Соблюдать требования проверяющих органов, налоговую дисциплину, дисциплину поставок, правила документооборота и платежей надо по-прежнему. Старайтесь дробить работы на большое число этапов, актируя каждый из них. Это и неплатежи исключит, и юристам с бухгалтерией позволит избежать лишней работы.

Второе, чтобы сохранить работоспособность и команду, стоит научиться мирному сосуществованию людей с разными взглядами в одной команде, компании. Это сложно, но это — одна из приоритетных задач первого лица компании.

Грозит ли дефолт стране?

Ситуацию дефолта, когда государство не сможет выполнить финансовые обязательства перед гражданами, я рассматриваю как маловероятную. Но есть два плохих околодефолтных сигнала.

Первый — технический, я бы сказал, «торгашеский» дефолт по государственным облигациям перед внешними держателями. Вы нам блокировали резервы — мы вам выплаты неконвертируемыми рублями. Это скорее политический сюжет, чем экономическая проблема: сумма к погашению вполне по силам нашему бюджету, но зуб за зуб, кто кому сильнее отомстит. В бизнесе, как мы все понимаем, отношения строятся по другому принципу — «как поступить сегодня в интересах будущего исходя из того, где мы оказались». Надеюсь, что с гражданами и бизнесом государство будет опираться именно на этот принцип.

Второй сигнал — это силовая конвертация всех валют на счетах граждан в доллар.
Это по сути дефолт. Государство сыграло партию так, что нас лишили наличных евро. Долларов, от которых мы хотели уйти еще много лет назад, оказалось чуть больше, но тоже недостаточно. Пришлось идти на рационирование, то есть выдачу дефицита по записи в очередь.
Если в условиях изоляции государство скажет «с долларовых вкладов снимаем только рубли по рыночному курсу», это можно будет понять. Но если по курсу ниже рынка — это уже назовем дефолтом. Надеюсь, до этого не дойдет.

Какой прогноз вы можете дать о развитии ситуации в экономике?

Прогнозы строятся на основе логики, структуры. Сейчас нет ни того, ни другого. Поэтому говорим о долгосрочных сценариях. Пока их два — «худой мир» и «масштабная изоляция».

«Как раньше» уже не будет. Это принципиально. Утешительные, как бы мотивирующие обещания уместно давать неизлечимым больным. Но в бизнесе, в реальной жизни нужен не только настрой, но и адекватные реальности инициативы. Поэтому, пусть не очень утешительно, но мы видим пока два сценария.

«Худой мир» — мы договоримся с Украиной (неважно, как), мир признает эти договоренности, и мы начнем их соблюдать. В этом случае все равно сохранятся:
  • Запрет на экспорт технологий двойного назначения «почти навсегда»;
  • Изоляция от глобальных корпоративных, отраслевых баз знаний, банков данных;
  • Сохранение значимых точечных санкций не менее года;
  • Девальвация относительно привычного уровня.

Пессимистичный вариант — «масштабная изоляция», если договоренности не будут достигнуты и признаны. В этом случае к вышесказанному добавятся:
  • Непрогнозируемое снижение уровня благосостояния;
  • Закрытие значительной части бизнеса из-за запрета экспорта (промышленность) и тотального контроля (рестораны, контент, развлечения). Представьте, например, что мы будем делать в случае закрытия экспорта цветных металлов или зерна — неважно, по инициативе зарубежных партнеров или нашим, отмены биржевого ценообразования. Сначала выдавливание с рынка большого числа средних компаний, затем сильно непрозрачная система тендерных закупок;
  • Аннуляция ВНЖ, ограничение экономических прав и доступа к активам для части резидентов других стран;
  • Информационная изоляция.

В какой мере мы рассчитываем на Китай? Не думаю, что рентабельность китайского направления с учетом инвестиционных расходов и передачи долей в компаниях-операторах окажется выше, чем мы имеем сейчас на европейском направлении. Кроме того, посмотрите на карту — путь с Урала и Сибири на Юго-Восточные территории Китая, где сосредоточены три четверти его внутреннего спроса, сильно дольше и дороже, чем из США, Австралии и соседних стран. Нам везти по суше, они — везут морем. Так что потенциал массового экспорта в Китай — задачка для средней школы по экономической географии.